Эксперимент Розенхана. Надёжность диагностики?

Эксперимент с привлечением псевдопациентов

Сам Розенхан и семь его психически здоровых коллег, которых условно назвали «псевдопациентами», пытались попасть в психиатрические больницы, добиваясь приёма у врача и сообщая о симулируемых слуховых галлюцинациях. Работникам больницы ничего не было известно о проведении данного эксперимента. Группу псевдопациентов составляли три психолога, один студент, обучавшийся в магистратуре по психологии и не достигший 30 лет, педиатр, психиатр, художник и домохозяйка. Ни на кого из них истории болезни в психиатрической больнице не имелось. Псевдопациенты пользовались псевдонимами, и тех из них, кто работал в области психиатрической помощи, трудоустроили на фиктивную работу в другой сфере, чтобы избежать возможных проблем, связанных с психиатрическим лечением или наблюдением. За исключением вымышленных имён и сведений о трудоустройстве, все предоставляемые в последующем биографические сведения были достоверными.

При предварительном психиатрическом освидетельствовании каждый псевдопациент сообщал, что слышит принадлежащие людям его же пола голоса, которые зачастую неразборчивы, но произносят, как ему кажется, слова «пустой», «полый», «бух» (англ. empty, hollow, thud) и ничего больше. Эти слова были выбраны ввиду того, что отчасти содержали признаки определённого экзистенциального кризиса, а опубликованной литературы, которая позволила бы считать эти проявления симптомами психоза, не было. Ни о каких других симптомах психических расстройств не сообщали. Псевдопациентам было дано указание в случае госпитализации вести себя адекватно и сообщить, что они чувствуют себя хорошо и уже не слышат голосов. Полученные после эксперимента больничные записи указывают на то, что все псевдопациенты характеризовались персоналом как дружелюбные и отзывчивые.

Все они были госпитализированы в 12 разнесённых по разным районам Соединённых Штатов психиатрических больниц, среди которых были обветшавшие и скудно финансируемые государственные больницы в сельских районах, городские больницы, находившиеся в ведении университетов и пользовавшиеся заслуженной известностью, а также одна частная больница, где лечение было платным и недешёвым. Несмотря на то, что предъявлялись жалобы на одни и те же симптомы, 11 псевдопациентам, госпитализированным в государственные психиатрические больницы, был выставлен диагноз «шизофрения», а одному пациенту, принятому в частную больницу, выставили диагноз, внушавший больший оптимизм при более обнадеживающем клиническом прогнозе, — «маниакально-депрессивный психоз». Сроки их пребывания в психиатрических больницах варьировались от 7 до 52 дней и в среднем составляли 19 дней. Все они были выписаны с диагнозом «шизофрения в стадии ремиссии», который Розенхан принимает за доказательство того, что психическое заболевание воспринимается скорее как необратимое состояние, чем как излечимое заболевание, из-за чего создаётся пожизненная стигма.

Несмотря на то, что регулярно и открыто велись детальные записи, касавшиеся особенностей поведения персонала и пациентов, персонал больницы не выявил среди псевдопациентов ни одного симулянта, тогда как многие другие пациенты психиатрической больницы, казалось, могли уверенно распознать в них симулянтов. При первых трёх госпитализациях 35 из всех 118 пациентов высказали подозрение, что псевдопациенты здоровы, и определённую догадку, что эти пациенты являются исследователями или журналистами, проводящими в больнице исследование.

Перед псевдопациентами ставили задачу покинуть больницу самостоятельно, добившись, чтобы их выпустили из больницы, хотя был нанят юрист, с которым можно было связаться в экстренных ситуациях, когда станет ясно, что псевдопациентов не выпустят из психиатрической больницы по их первому требованию. Сразу после госпитализации и освидетельствования псевдопациенты лишились возможности покинуть психиатрическую больницу до тех пор, пока в присутствии психиатров не признали себя психически больными и не согласились принимать антипсихотические препараты, которые, впрочем, выкидывали в унитаз. Никто из персонала не заметил, что псевдопациенты выбрасывали выдававшиеся им препараты в унитаз. Псевдопациенты сообщали, что реальные пациенты делали то же самое.

Розенхан и другие псевдопациенты сообщали, что в психиатрической больнице их мучили непреодолимое ощущение утраты себя, бесцеремонное вторжение в их личное пространство и тоска. Их вещи выборочно проверяли, и эти проверки нередко происходили, когда псевдопациенты отлучались в туалет. Они сообщали, что несмотря на порядочность персонала, он в основном относился к пациентам как к вещам и не придавал значения их личности, зачастую подробно обсуждая пациентов в их присутствии, как будто их рядом не было, и избегая прямых контактов с пациентами, кроме тех случаев, когда непреложно требовалось исполнить формальные обязанности. Некоторые лица из обслуживающего персонала были склонны к грубым действиям и высказываниям в отношении пациентов, когда другие работники отсутствовали. Один врач сказал своим студентам о группе уставших пациентов, стоявших у столовой в ожидании ланча, что они испытывают психиатрические симптомы «повышенной оральной чувствительности». Контакт с врачами в среднем длился 6,8 минут в день.

Все действия и высказывания псевдопациентов воспринимались персоналом через призму представлений о психическом заболевании. Больничные записи свидетельствуют о том, что персонал рассматривал поведение псевдопациентов исключительно в психиатрических нозологических категориях. Например, некая медсестра обозначила то, что один псевдопациент делает записи, как графоманию и сочла это проявлением патологии. Биографическим сведениям, предоставленным пациентами и не содержащим признаков патологии, в больничных записях придали новый вид — согласно тому, что было известно о шизофрениках из некогда господствовавших теорий об этиологии шизофрении. На основании полученных результатов Розенхан сделал следующий вывод:

…Данные свидетельствуют об огромной роли стигматизации в психиатрической диагностике. Нет ничего, что единожды заклеймённый шизофреником псевдопациент может сделать, чтобы преодолеть эту стигму. Стигма основательно окрашивает впечатления других о нём и его поведении.

Данный эксперимент Розенхан поставил в хорошо известной больнице, располагавшей собственной исследовательской и учебной базой. Её работники были ознакомлены с результатами предыдущего эксперимента, но утверждали, что в их учреждении подобные ошибки повториться не могут. Розенхан договорился с этими людьми о том, что до истечения трёх месяцев в психиатрическую больницу попытаются попасть один или несколько из псевдопациентов, чтобы оценка каждого пришедшего пациента производилась с учётом вероятности, что он может быть симулянтом. Среди 193 пациентов сочли симулянтами 41 человека и ещё 42 человека заподозрили в симуляции. В действительности, однако, Розенхан вообще не направлял в эту больницу псевдопациентов, и все пациенты, заподозренные больничным персоналом в симуляции, были больными. На основании полученных результатов был сделан вывод о том, что «никакая диагностика, которая слишком легко приводит к значительным ошибкам данного рода, не может быть очень надёжной». В исследованиях других специалистов были получены аналогичные результаты, свидетельствующие о ненадёжности психиатрической диагностики.

Материал из Википедии — свободной энциклопедии